Вход:  Пароль:  
EAstudies.ru: ИсторияКитая?/Древность/Археология/ОриентацияПогребений ...
Home Page | Каталог | Изменения | НовыеКомментарии | Пользователи | Регистрация |

Алина Соломатина, 2 курс. РГГУ (2006). Реферат

Ориентация погребений по сторонам света в эпоху неолита в Древнем Китае


Оглавление документа

Введение

1. Погребение. Определение, общая информация, архетипические представления.


Практика обращение с умершими в различных ее формах, в том числе и в форме создания преднамеренных (искусственно созданных) погребений, является особой сферой человеческой деятельности, изучением которой занимается наука некрология.


В настоящее время исследователи сходятся в том, что первые (археологически фиксированные) захоронения умерших – в форме предания земле целого или расчлененного тела – относятся к среднему палеолиту, но датировки в разных научных публикациях разнятся. (Ю. А. Смирнов говорит о том, что они появляются на территории Старого Света в мустьерское время (средний палеолит), примерно 100–90 тысяч лет назад. Мириманов же утверждает, что « древнейшие известные сегодня захоронения имеют возраст примерно 75 тысяч лет».) Неандертальцы уже имели обычай хоронить мертвых, известны преднамеренные погребения на территории поселений. Есть кладбища рядом со стойбищами, есть отдельные камеры в пещерах. Есть одиночные и парные погребения. Есть погребальный инвентарь, следовательно, был погребальный ритуал. Позднее, в верхнем палеолите, появляются новые типы захоронений. Сопутствующий им инвентарь, следы ритуальных действий указывают на то, что представление о смерти с этого времени становится структурным элементом картины мира.


Первые преднамеренные погребения появляются в относительно готовом виде, то есть во всей своей структурной полноте и со всеми присущими им атрибутами. Причины этому можно выделить следующие: 1) сообщества палеоантропов, очевидно, уже достигли достаточно высокого уровня развития общественных отношений и, следовательно, перешли к такому типу сверхнормативной деятельности, как сокрытие умерших путем закапывания их в землю или насыпания над ними камней или грунтовых отложений; 2) такого рода погребения – трупоположения в земле – в принципе не могут иметь зачаточных форм, поскольку формы их во многом заданы строением человеческого тела, и действием общих и специфических законов природы; внутренними законами, действующими в сфере обращения с умершими и диктующими пути и линии ее развития.


Поэтому для погребального обряда характерна заметная повторяемость форм и способов обращения с умершими с момента появления первых преднамеренных погребений и до настоящего времени. Постмустьерская история погребального обряда в целом не позволяет говорить о развитии погребений от простых форм к сложным.


Погребальный комплекс представляет собой систему из четырех (как максимум) взаимосвязанных и взаимозависимых составляющих: двух постоянных – погребальное сооружение и останки погребенного – и двух переменных – погребальный инвентарь и дополнительная структура. Он окончательно формируется уже в мустьерское время и не получает в дальнейшем принципиально новых дополнений.


Погребение – процесс помещения останков умершего(-ших) в любое искусственно созданное сооружение или естественно существующий (вмещающий) объем, с последующим его искусственным замыканием.


Останки умершего образуют внутреннюю структуру погребального комплекса. Внешнюю структуру образуют погребальное сооружение, которое представляет собой любой тип вмещающего объема, специально созданного или использованного для размещения останков умершего (может быть самой различной формы, быть исполнен в различном материале и существовать в дву- или более кратном повторении в виде вложенных друг в друга объемов).


В определенных случаях погребение может сопровождаться различными предметами культурного, бытового, хозяйственного или производственного назначения – посмертным (погребальным, сопровождающим) инвентарем (он может подвергаться разрушению, может быть предназначен к захоронению вместе с покойником и/или отдельно от него). Погребальный инвентарь, по крайней мере, подавляющая его часть, составляется по избирательному принципу из набора прижизненного. Иными словами, это те вещи, которыми пользовался или мог пользоваться человек на протяжении своей жизни.


Дополнительные структуры – танатологические сооружения, помещения и учреждения (алтарь, надгробие и т.п.).


Организация внутренней структуры погребального комплекса обусловлена всей совокупностью общественных отношений. Помимо этого они находятся в прямой зависимости от того, какого из двух фундаментальных направлений было избрано: направление, ведущее к сохранению или уничтожению трупа, и на каком именно этапе этот процесс был остановлен и останки умершего были преданы погребению или выставлению. Если же целостность тела не была нарушена, то при обряде трупоположения само строение человеческого тела наложило жестко определенные ограничения на набор вариантов размещения тела умершего в погребальном сооружении. Если же целостность тела была нарушена, то морфология внутренней структуры зависела от степени нарушения и от того, какие части тела предназначены к захоронению.


Внутренняя структура погребений в большинстве случаев развернута по горизонтали (горизонтальное положение умершего: вытянутое или скорченное), гораздо реже по вертикали (вытянутое положение «стоячее», скорченное положение «сидячее»). В случае с погребением двух или более индивидуумов внутренняя структура усложняется, и соположение погребенных может строиться как по горизонтали (в один или несколько рядов), так и по вертикали (одно над другим – так называемые многоярусные захоронения).


Инвентарь развернут преимущественно по горизонтали. Каждая элементарная единица посмертного набора может занимать определенное место в погребальном комплексе, которое может быть как традиционно фиксированным, так и нефиксированным и соотноситься с элементами самого погребального сооружения и/или с останками погребенного, и/или с элементами дополнительной структуры.


Представления о «посмертном существовании» могут оказать непосредственное влияние на морфологию погребения. Смирнов выделяет три основные системы таких взглядов:


концепция продолжения телесного/духовно-телесного существования как в потустороннем, так и в посюстороннем мире (что обуславливает длительное сохранение тела и наиболее сложную структурную организацию погребения);
концепция перехода к специфически потусторонним, чаще всего бестелесным формам существования;
концепция прекращения духовного и телесного существования.

Смирнов выделяет три основные функции погребальных сооружений: размещение тела и посмертного инвентаря с целью их наиболее полного обособления от окружающей среды и сохранения (консервации) в неприкосновенности в течение определенного времени. Инвентарь выполняет функцию обеспечения посмертного существования, постоянного, в рамках концепции продолжения посмертного существования, и временного, в рамках концепции перехода или концепции прекращения существования. Дополнительная структура выполняет две основные функции: обозначающую (сакрализованную или десакрализованную, например, надгробие) и мемориальную (например, жертвенник).


2. Ориентация погребений. Общая теория


Акт погребения умершего живыми носит сакральную сущность, он включен в непрекращающийся диалог человека с Космосом. Часто погребения представляют собой модель вселенной. Поэтому пространственная ориентация погребений и погребенных неизбежно должна была составлять важную черту погребального обряда, отражать ожидания живущих от загробного мира, зависеть от представления о последующем бытии умершего.


По-видимому, упорядоченная ориентация умерших появляется впервые в обществе древних земледельцев, когда в условиях сложения производящего хозяйства происходит осознание структурированности мира, освоение окружающего человека пространства. Только в некрополях, вынесенных за пределы жилища, обнаруживается устойчивость в ориентации костяков.


Прежде всего ориентация погребенных должна быть прямо связана с направлением, в котором находится царство мертвых. В большинстве архаических культур царство мертвых находилось на западе и (или) под землей, что имело солярную подоплеку: солнце заходит =умирает. Также в большинстве архаических культур наблюдается следующая закономерность: если какая-то сторона света воспринималась как священная, то противоположная почти неизбежно по принципу дуальной символической оппозиции становилась местом, где располагалось царство мертвых. Например, если народы ориентировались на юг (древние тюрки, скандинавы), то царство мертвых располагалось на севере.


Обычно предполагается, что тело умершего размещают в могиле так, чтобы оно ногами лежало в сторону царства мертвых. Исследователи отмечают также, что более приближенное к физическому пониманию пути в иной мир предполагает ориентацию в сторону царства мертвых ногами, более абстрактное движение в ту же сторону может приводить к ориентации в этом направлении головы покойника.


Еще одно направление странствования души покойника, отражающееся в ориентации погребения, – в страну предков; как правило, это направление, откуда когда-то мигрировало племя или народ. Следы таких представления прослеживаются, возможно, у китайцев, индийцев и иранцев.


3. Представления о пространственной ориентации у китайцев

Семантика сторон света


Китайские религиозно-философские и космические представления, оформившиеся в эпоху Хань (202 до н.э. – 220 г. н.э.) в очень большой степени опирались на ориентацию по сторонам света, которая была существенные элементом и государственно-политической жизни. Так, духам четырех направлений и ветров поклонялись еще в Иньскую эпоху, что видно по текстам гадательных надписей того времени; например: «При гадании приносятся в жертву духам четырех сторон [люди из племени] цян – один [человек], две собаки, один бык». Древнекитайские историки сообщали, что царство Шан (вторая половина 2 тыс. до н.э.) было разделено на пять регионов: столицу с ее окрестностями в Центре («Великий город Шан») и Четыре Земли, названия которых несли обозначения стран света.


Как и во многих других культурах, в Древнем Китае различали помимо четырех основных сторон света четыре промежуточные. В древнекитайских источниках часто можно читать о восьми полюсах, или направлениях – ба чжэн. Существуют также данные, позволяющие предположить, что в наиболее архаичной космогонической модели роль ориентиров (стран света) выполняли ветры, дующие с восьми сторон.


С диахронической точки зрения, исследователи (И. Лисевич) отмечают переход от трехчленной, к четырех- (пяти-)членной структуре горизонтального космоса. Если раньше сколько-нибудь значительными представлялись человеку только Восток, Юг и Запад, то есть страны света, где пребывает солнце, то теперь в поле его зрения попадает и Север, где солнца нет, и Центр – то место, где находится сам человек, наблюдающий вселенную. Бог Центра превращается в Верховное Божество, одержав победу над Янь-ди, и этот факт как бы знаменует огромную перемену в мировоззрении древнего человека, осознавшего свое место и значение во Вселенной.


В рамках универсалистского мировоззрения в Китае развилось учение о пяти первоэлементах (вода, огонь, дерево, металл и земля), которые все пронизывают, являются пятью изменчивыми состояниями всего сущего, и таким образом, исходя из пятичленной оппозиции, все явления мира и даже все нравственные категории подвергаются пятикратному противопоставлению. Первоэлементы и стороны света имеют следующие соответствия:


дерево – восток


огонь – юг


земля – центр


металл – запад


вода – север


уподобление первичных элементов сторонам света, а также временам года и цветам, вероятно, весьма древнее и изначально входит в эту систему соотношений в отличие от многих других, которые придуманы позже (растения, живые существа, погода, черты характера).


Пространственное расположение пяти элементов по странам света столь существенно в этой системе, что синологи даже обсуждают вопрос, не была ли теория пяти элементов вторичной и производной от учения о пяти странах света, которое в эпоху Инь играло такую важную роль.


Страны света явились по представлениям древних китайцев одним из первых результатов космогонического процесса.


Данные о семантике сторон света у древних китайцев представить сложно, так как культурного единства в неолитическую эпоху, естественно, не наблюдалось, в частности различия в ориентации погребений указывают на то, что пространственные представления были различными.


Обобщенно говоря о более поздних представлениях, соответственно, более единых, нашедших отражение в письменных источниках, можно выстроить такую систему (их можно принять за условные, но все же на них можно опереться: безусловно, в них нашли продолжение и более древние представления):


Восток – сакрализация востока как страны восходящего солнца. Надписи на иньских гадательных костях, а также древнейшие письменные источники постоянно говорят о необходимости «принесения жертв восходящему солнцу». О почетности восточной стороны по сравнению с западной свидетельствуют многочисленные обряды и церемонии общественного и частно-семейного порядка. Например, обряды, связанные со сватовством и женитьбой, все предполагают позицию старшего и уважаемого члена семьи у восточной стены комнаты или зала. Восток чаще всего бывает исходным пунктом при перечислении стран света, за ним следует юг, запад и север (движение по кругу слева на право, то есть по ходу солнца).


Юг – священное направление. Исследовав древнекитайские тексты, А. Л. Фротингем констатировал, что в Китае господствовала южная ориентация, при этом левая рука (сторона) доминировала над правой, считаясь благоприятной, почетной и приносящей удачу и процветание. Трон императора был обращен к югу.


Запад – в противоположность востоку, как страна заходящего солнца соотносился с царством смерти. Западу соответствовал белый цвет, белый цвет был также и цветом траура.


Север – особую роль в системе ориентации древних китайцев играл север, в частности, Полярная звезда, о которой говорилось как о «северном ориентире», «северном пределе», «середине неба», как о «центре неба, упорядочивающем четыре времени года», о центре, который вращается неподвижно и вокруг которого вращаются прочие светила.


Анализ погребений отдельных памятников


Определенные сложности при работе вызывает отсутствие точных и полных данных об археологических раскопках в Китае на русском языке. А также противоречивые или неточные цифры и данные о захоронениях, представленные в различных источниках. Достаточно полно тема отражена в работе С. Р. Кучеры «Китайская археология 1965–1974 гг.: Палеолит – эпоха Инь. Находки и проблемы» (М., 1977). Проблема заключается в том, что 30 лет дальнейших археологических работ остались не охваченными в той же мере. Также как источник использовалась работа Крюкова М. В., Софронова М. В., Чебоксарова Н. Н. «Древние китайцы: проблемы этногенеза» (М., 1978) и частичная информация, почерпнутая из других источников. В различных работах исследователями по-разному трактуется понятие «археологическая культура» и разные же критерии используются при характеристике культур, памятников и погребений в частности. Поэтому будет одновременно опираться на разные источники, по возможности выстраивая соответствия.


По религиозным воззрениям народов, населявших территорию современного Китая в неолитический период, тело умершего следовало предавать земле, то есть был распространен обряд ингумации. Сожжение трупов было распространено значительно реже (Например, культура Шамван в Гонгконге).


Из таблицы Крюкова очевидно прослеживаются такие общие закономерности. Народы, населявшие «восточную периферию», хоронили умерших преимущественно лицом к востоку. В Центре и на «западной периферии» лица погребенных обращены к западу (214), северо-западу (231) и в противоположном направлении – к юго-востоку (154).


По поводу ориентации погребения лицом к востоку можно выдвинуть две гипотезы. Во-первых, если головой умершие обращены на восток, ногами они лежат к западу, значит, на западе находится царство мертвых, что согласуется с солярными представлениями, характерными для архаических культур. (Эта версия подкрепляется существованием китайского выражения gui xi – «возвратиться на запад», которое синонимично глаголу «умереть».) Во-вторых, и само восточное направление может оказаться сакральным в этом отношении, т.к. культуры «восточной периферии» располагались в прибрежной зоне, которая с востока омывается морем. Море вполне могло восприниматься как некое пространство загробного мира.


Что касается трупоположения, ориентированного на юго-восток и северо-запад, оно пока не имеет точной интерпретации. Ларичев, говоря об ориентации детских захоронений в Сунгири, пишет по этому поводу следующее: «Погребение умерших головой на северо-восток и юго-запад – факт астрономически и календарно высоко значимый. Возможны два варианта интерпретации такой ориентации:


а) умершие были положены головами на точку восхода солнца в летнее солнцестояние, а ногами на точку захода его в солнцестояние зимнее. В этих точках происходили важнейшие в году календарно-астрономические события, соответственно – солнцеворот при восходе летний, начало движения светила к югу, я по сезонам – к осени и зиме; и солнцеворот при заходе зимний, начало движения светила к северу, а по сезонам к весне и лету;


глаз человека фиксирует сначала солнцеворот зимний при заходе светила (если в ту сторону обращены ноги умерших), а уж затем солнцеворот восходящего декабрьского Солнца (Запад, как сторона света, где фиксируется начальный миг, когда главное светило Неба начинает смещение на Север, а значит – к весне и лету, то есть возрождению)


б) умершие ориентированы головами на точку восхода зимней полной Луны, где она в наибольшей степени сближалась с Севером, а ногами – точку захода летней полной Луны, где она сближалась в наибольшей степени с Югом. Таким образом, исполнители погребального обряда в Мальте знали саросный цикл, который продолжался 18,61 года; осведомленность о нем и половине этого периода (около 9,3 года) позволяла предсказывать затмения в периоды, близкие к равноденственным – весеннему и осеннему; осведомленность же о четверти саросного цикла (примерно 4,65 года), когда полная Луна восходила зимой там, где выходило солнце в последнюю декаду июня, а летом заходила там, где Солнце заходило в последнюю декаду декабря, позволяла предсказывать затмения, близкие к солнцестоянию – летнему и зимнему. Затмения воспринимались, надо полагать, в рамках символики смерти». Возможно, это замечание подходяще и для интерпретации захоронений, направленных головой на юго-запад и северо-восток в Древнем Китае.


Таковы самые общие выводы, которые можно сделать, анализируя таблицу, данную в книге Крюкова.


Дополним это сведениями из работы Кучеры и лекций.


Особенности ориентации погребений по сторонам света распределяются по провинциям следующим образом.


Север: Цзянсу Шаньдун Тайху Сычуань Хунань Хубэй


Северо-запад: Шэньси Тайху


Запад: Шэньси Цинхай


Юго-запад: Хэнань Хэбэй


Юг: Хэнань Хэбэй Сычуань Хунань Хубэй Цинхай


Восток: Чжэцзян Цзянсу Шаньдун Аньхой Ляодун Цинхай


Северо-восток: Цзянсу Шаньдун Аньхой Ляодун


Как видим, на территории т.н. «западной периферии» преобладала ориентация покойников на север и юг. Уже тот факт, что север ассоциировался с черным цветом, приводит к мысли, что север, как и запад, был для китайцев царством мрака, страной мертвых в противоположность «красному» югу – стране тепла, солнца, жизни. Такая противоположная ориентировка объясняется тем, что более приближенное к физическому пониманию пути в иной мир предполагает ориентацию в сторону царства мертвых ногами, более абстрактное движение в ту же сторону может приводить к ориентации в этом направлении головы покойника.


Следы локализации царства мертвых на севере явственно прослеживаются в древнекитайской мифологии. А. В. Подосинов суммирует разрозненные упоминания о нем в текстах разного происхождения и получает следующую картину. Далеко на севере, в местности Бэйхай у Северного моря находится черная гора Вэйюй. Она стоит на темном склоне темной северной оконечности земли, и там никогда не видно солнца. На ее склонах и вершине водятся черные птицы, черные змеи, черные тигры и черные лисицы. В ней находится вход в Столицу Мрака Юду – подземное царство мертвых. Его правителем было божество Хоу-ту (Владыка Земли). Огромное трехглазое чудовище Ту-бо с головой тигра, увенчанной рогами, и телом быка охраняло вход в царство смерти Юду, куда попадали души умерших людей.


В западной зоне в конце 1 тыс. до н.э. произошло резкое изменение погребального обряда: люди, создавшие культуру мачан, практиковали трупоположение головой на юго-восток, тогда как для пришедшей на смену мачану культуры цицзя характерна ориентировка погребений на северо-запад (хотя в отдельных могилах сохранились и черты старого погребального обряда), что наглядно видно из таблицы Крюкова.


В восточной части Китая для различных культур были характерны значительные различия в ориентировке погребений: северная и северо-восточная ориентация культуры Цинляньгана сменилась со временем юго-восточной; в северной части провинции Цзянсу и в южном Шаньдуне покойников хоронили, как правило, головой на восток.


В Южном Цинляньгане в д. Юйдунь было найдено 25 захоронений с интересным погребальным обрядом: все покойники лежали лицом вниз, при этом голова была обращена к северу. Сопроводительный инвентарь здесь малочислен, но украшения отличаются большим разнообразием. Найдены яшмовые и агатовые круги цзюэ (около ушей), яшмовые дугообразные украшения хуан (около шеи), костяные шпильки для волос, каменные пряслица (у талии). Такое богатое разнообразие украшений говорит о высоком положении женщин. ТО же самое наблюдаем в отношении культуры центральной зоны – баньпо: более богатые женские захоронения позволяют исследователям сделать вывод о том, что основой общественной организации был материнский род.


Для центральной зоны характерна ориентировка на запад или северо-запад (реже). Практически все погребения, относящиеся к варианту мяодигоу той же культуры в Лояне (Ванвань), ориентированы в С-З направлении, что свидетельствует об определенной преемственности между обоими вариантами. Но на территории провинции Хэнань (уезд Тайхэ) отмечены могильники, характеризующиеся преобладанием северо-восточной ориентировки. Крюков, согласно современной ему традиции, под терминами «Яншао» и «Луншань» подразумевает более широкие, обобщающие понятия, чем современные ученые. Переходным этапом от Яншао к Луншаню Крюков называет Мяодигоу 2. Резкое изменение ориентировки погребений, среди которых отмечены только трупоположения головой на юг, Крюков считает отличительной чертой, сопровождающий этот переход. Хотя говорить столь обобщенно об археологических культурах центральной зоны, очевидно, некорректно, тем более учитывая столь кардинальную разницу ориентировки погребений, но исключить возможность преемственности полностью нельзя.


Вместо заключения


Данная работа лишь частично и далеко не полно раскрывает один из аспектов анализа, который возможно сделать на основе типологии погребальных комплексов эпохи неолита в Китае. Она позволяет сделать некоторые выводы о космологических и сакральных представлениях народов, населявших Китай в древности, об их взаимосвязях и контактах, о преемственности культур или, наоборот, об их неродственности. Она несомненно нуждается в уточнении, детализации и углублении.


Литература

1. Смирнов Ю. А. Лабиринт: Морфология преднамеренного погребения. Исследование, тексты, словарь. М., 1997.
2. Кучера С. Древние культуры Китая. Палеолит, неолит и эпоха металла. Новосибирск, 1985.
3. Кучера С. Китайская археология 1965–1974 гг.: палеолит – эпоха Инь. Находки и проблемы. М., 1977.
4. Подосинов А. В. Ex oriente lux! Ориентация по странам света в архаических культурах Евразии. М., 1999.
5. Гуманитарные науки в Сибири: Всерос. научн. журн., сер. 1: Археология и этнография, №3, 2002.
6. Burial archaeology current research, methods and developments. Oxford, 1989.
7. Chang Kwang-Chin. Art, myth and ritual: The Path to politic authority in ancient china. London, 1983.


Литература



 
Файлов нет. [Показать файлы/форму]
Комментариев нет. [Показать комментарии/форму]