Вход:  Пароль:  
EAstudies.ru: Публикации/РецензияНаКнигуПознера ...
Home Page | Каталог | Изменения | НовыеКомментарии | Пользователи | Регистрация |

А.Л. Федорин

Отражение истории Вьета, основа и частности, составленное по повелению императора. Подг. текста, введ., коммент., примеч. и указ. П.В.Познера. М.: Институт востоковедения РАН, 2004. 1161 с.


(Опубликовано в журнале «Восток». 2005. № 2, с.182–187).


Общепризнано, что вьетнамская историография базируется на трех основных национальных летописных сводах. Первый, самый ранний из них — Вьет шы лыок («Краткая история Вьета») был переведен на русский язык и откомментировани А.Б. Поляковым [Краткая история Вьета... 1980]. Публикация второго по времени, но центрального по значению — Дайвьет шы ки тоан тхы («Полное собрание исторических записок Дайвьета»), кратко именуемого Тоан Тхы (в дальнейшем — ТТ), в переводе К.Ю. Леонова и А.В. Никитина начата в 2002 году [Полное собрание... 2002]. Выход в свет первых глав третьего, последнего по времени создания летописного свода императорского Вьетнама — Кхам динь Вьет шы тхонг зям кыонг мук («Одобренное высочайшим повелением всеобщее зерцало вьетской истории, основа и частности»), известного в кругу специалистов по краткому наименованию Кыонг мук (в дальнейшем — КМ), в переводе П.В. Познера мог стать весьма знаменательным событием, поскольку предоставил возможности для всех исследователей истории Востока, в том числе не владеющих китайским и вьетнамским языками, использовать этот обширный и интереснейший труд, без которого понимание прошлого Вьетнама просто немыслимо.


К сожалению, на мой взгляд, этого не произошло. И дело здесь даже не в том, что, судя по всему, рукопись этой книги никогда не была в руках профессионального редактора или просто корректора: в целом опечатки не мешают пониманию текста (хотя некоторые из них можно рассматривать как особенности авторского стиля, например «анти-китайский» (сс.20, 29) или, на с.139, «строя дом необходимо много дерева»). Я также не собираюсь рассматривать многочисленные ошибки в переводе источника, поскольку по большому счету это не совсем этично: право на ошибки имеет каждый исследователь, и без них в общем-то не обходится ни один перевод. Речь пойдет о заявлении автора о том, что он «22 года спустя предлагает на суд читателя полностью переработанный вариант перевода, который выгодно отличается качеством перевода, вступлением, превратившимся в самостоятельную научную статью, качественным изменением научного аппарата книги, что оказалось возможным благодаря углубленным исследованием автором древней и раннесредневековой истории Вьетнама» (с.1). Попробую опровергнуть это заявление.


Начну, как и положено, с библиографии (с.1143–1145). В ней содержится лишь 61 наименование публикаций, из которых только две датированы периодом после 1982 года, года окончания работы над первым вариантом перевода. Это — монография самого автора (1994) и очередные тома «Исторических записок» Сыма Цяня (1984–1996). Т. е. остались не учтенными многочисленные исследования российских и западных вьетнамистов, вышедшие в свет за последние годы, многие из которых могли бы оказать существенную помощь при подготовке перевода КМ и комментариев к нему. В первую очередь, речь идет об уже упомянутом томе «Полного собрания исторических записок Дайвьета», в котором описываются те же периоды истории, что и в первых двух главах КМ, а также о работах М.Н. Ткачева [Классичекая проза..., 1975], К.Ю. Леонова [Леонов, 1986; Леонов, 1991; Леонов, 1993], А.В. Никитина [Никитин, 1993], Е.Ю. Кнорозовой [Мифы и предания..., 2000], М.Ю. Ульянова [Ульянов, 1996], без учета которых, по моему мнению, весьма трудно составить представление о процессе становления вьетнамской историографической традиции. Еще более странным выглядит то, что к переводу и комментированию источника были привлечены лишь 5(!) исследовательских работ собственно вьетнамских авторов (самая поздняя — 1970 г.). Между тем во Вьетнаме вышло море литературы, которую необходимо было учесть при подготовке перевода. Это — как специализированные статьи, посвященные непосредственно источнику, так и исследования по древней и ранней средневековой истории, которая в нем описывается, монографии и сборники статей об авторах вьетнамских хроник (Ле Ван Хыу [Данг Дык Тхи, 1994; Нгуен Зуи Хинь, 1984], Фан Тхань Зян [Хуинь Кхак Зунг, 1972]), о персонажах хроники (Анзыонг-выонг [Чан Ван Зяп, 1957], Лак-лонг-куан [Тьи Динь, 1933], Чиеу Да [Данг Суан Виен, 1931]). Вьетнамские авторы много внимания уделяли идентификации отдельных личностей и географических названий, упомянутых в КМ. Специальные работы были посвящены должностям и титулам. За период после 1982 года был сделан ряд открытий, опубликована фотокопия текста «Полного собрания исторических записок Дайвьета», который признан самым древним [Полное собрание..., 1993], проведена дискуссия по проблемам вьетнамского летописания, которой был посвящен специальный номер (№ 5–6, 1988 г.) журнала Нгиен кыу лить шы («Изучение истории»).


Встает вопрос, почему ничего из вышеперечисленного не было использовано? То ли автор намеренно игнорировал мнения других исследователей, считая их недостойными внимания или некомпетентными, то ли просто с ними не знаком? Скорее всего второе, о чем свидетельствует изучение предложенного текста. Вот только некоторые из очевидных ошибок во «вступлении, превратившимся в самостоятельную научную статью», которые вполне можно было бы избежать, будучи в курсе современных исследований.


Нго Ши Лиен написал не только I главу «Внешних анналов» (с.24–25), но и XI главу «Основных анналов» ТТ (так называемые «Записки о трех императорах», упомянутые еще Ле Куи Доном [Ле Куи Дон, 1978, с.20] и посвященные событиям 1433–1459 гг.).


Фам Конг Чы, вернее коллектив историков, который он возглавлял, в 1665 г., действительно написал «Продолжение основных анналов» (или, как в рецензируемой книге, «Дополнительные записи» к «Главным записям»), но в них описаны события не с 1428 (с.27), а с 1533 г. (XVI–XVIII главы «Основных анналов»). XII–XIV главы ТТ (1460–1509) были написаны Ву Куинем, который в 1511 году действительно создал труд под отличным от ТТ названием, но текстуально этот труд, за исключением трех последних вновь написанных глав, совпадал с ТТ, лишь хронологическая граница между «Внешними» и «Основными анналами» была сдвинута с 938 на 968 г. [Ле Куи Дон, 1978, с.21; Полное собрание..., 2002, с.30–31]. «Продолжением основных анналов» соответственно называются не XI–XIX главы «Основных анналов» (с.27), а лишь XVI–XIX; XI–XV главы называются «Основные анналы, правдивое повествование».


Нго Тхи Ши действительно участвовал в составлении продолжения к ТТ, описывающего события XVII–XVIII вв., но в плане исследования КМ представляет интерес его самостоятельная работа Вьет шы тиеу ан («История Вьета, пометки и комментарии»), перевод которой, кстати, издан [Нго Тхой Ши, 1960], повествующая о событиях во Вьетнаме с глубокой древности до XIV в. Особый интерес представляют комментарии Нго Тхи Ши к происходившим событиям, которые зачастую противоречат комментариям Ле Ван Хыу, Нго Ши Лиена и Фан Фу Тиена [Полное собрание..., 2002, с.26, 28, 193 (примеч. 18), 205 (примеч. 2)]. Именно эти комментарии широко цитируются авторами КМ, и не упомянуть эту работу при подготовке к изданию текста КМ никак нельзя.


Нго Тхи Ням, сын Нго Тхи Ши, никакого участия в написании продолжения ТТ не принимал. По некоторым данным он вместе со своими родственниками составил частную хронику Хоанг Ле нят тхонг тьи («Объединенные записи об императорах Ле»), описывающую последние годы правления династии Поздние Ле, но для исследователя ранних разделов КМ этот историк интересен прежде всего как автор летописного свода, который начали составлять при династии Тайшон и довели до конца правления династии Чан (так называемый «тайшонский вариант» ТТ). Без этого источника (перевод его также уже опубликован [Предварительные записи..., 1997], непосредственно предшествующего КМ, понимание процесса формирования летописной традиции во Вьетнаме просто невозможно.


Незнание или игнорирование последних историографических работ и переводов параллельных текстов привели автора к ряду элементарных системных ошибок. Так, он не различает первый и второй класс в рангах вьетнамских чиновников, просто не переводя первый класс (тьинь) (с.217) и переводя второй класс (тунг) туманным термином «входящий в» (с.205). Остался для него загадкой и общеизвестный прием иероглифических текстов «разрезание-цзе» (с.763, с.777 и т.д.), когда с целью дать звучание редко встречающегося знака используется инициаль звучания одного иероглифа и финаль звучания второго. Знаменитые «повозки, указывающие на юг», ставшие темой многочисленных научных дискуссий [Полное собрание..., 2002, с.198 (примеч. 48)], превратились в «экипажи, подготовленные для [поездки] на юг» (с.246–247).


Незнание или непонимание специфических терминов, титулов, должностей и названий учреждений автор пытается компенсировать попыткой передачи их на русском языке путем механического перевода отдельных иероглифов, в них входящих, отказавшись от уже испытанного и оправдавшего себя принципа передачи китайских терминов по-китайски, а вьетнамских — по-вьетнамски. Все это обосновывается оскорбительными для его коллег умозаключениями о том, что «ни вьетнамист, ни японист, ни иной специалист по конкретной стране региона ничего не поймет...» (прочитав посмертное имя Вэнь-ван); «подавляющее большинство вьетнамистов мало знакомо с основами конфуцианской культуры» (с.33) и т.п. Как человек, 10 лет профессионально занимающийся подготовкой востоковедов, смею вас заверить в том, что о чжоуском Вэнь-ване и ханьском Гао-ди прекрасно осведомлены абсолютное большинство студентов-историков на восточных отделениях уже на втором курсе, а вот кто такой «король Просвещенный» и «Верховный предок» вряд ли сходу догадается даже самый компетентный специалист по истории Китая.


Автор рецензируемой работы доходит до абсурда, переводя собственные имена и географические названия. Иногда это делается прямо, иногда косвенно. Например, географическое название «крепость Тылонг» фигурирует в тексте как «крепость Замыслы Дракона» (с.259). В выражении «община Хыонгай Восточной крепости [провинции] Нгеан» (с.297), «Восточная крепость» — это уезд Донгтхань (современный уезд Иентхань) [Динь Суан Винь, 1996, с.180]. По сути переводом топонимов является и перевод именной части титулов знатности. Общеизвестно, что первоначально вся система китайской титулатуры базировалась на удельной системе, т. е. титул лица соответствовал названию передаваемой ему в управление территории. Например, будущий ханьский император Вэнь-ди до того, как взошел на престол, был Дай-ваном, т.е. удельным правителем владения Дай на стыке северных частей провинций Хэбэй и Шаньси. Попытка иного перевода этого титула, исходя из интерпретации иероглифа дай, заведомо обречена на провал и подобна переводу с русского языка шекспировского «принца Датского» как «король Дающий».


Уже первый титул, встречающийся в первой главе перевода — Киньзыонг-выонг, подтверждает это заключение. Как показали К.Ю.Леонов и А.В.Никитин, он связан с названием уезда и городка Цзинъян (вьетнамская транскрипция — Киньзыонг) в провинции Шаньси [Полное собрание..., 2002, с.193 (примеч. 17)]. Да и сами авторы КМ это подтверждают: «Цзинъян находится в царстве Цинь,... какое отношение имеет он к нашей стране?» (с.48). Во Вьетнаме далеко не всегда получение титула было связано с конкретным земельным пожалованием, но и здесь они в абсолютном большинстве случаев также были привязаны к топонимам — к горе или холму (Лайшон-ты), речке или протоке (Кханьсуен-нам) или просто к названию конкретного земельного участка. Переводить эти выражения исходя из значений иероглифов, случайно выбранных из многих, не только бессмысленно, но и вредно, так как понятие «король Солнечный Кинь» по существу ничего общего с понятием Киньзыонг-выонг не имеет.


Примерно то же самое можно сказать и о переводе эр правления. Эра правления — это личное имя императора во время его нахождения на престоле. Абсолютное большинство императоров проходили следующую цепочку переименований: запретное имя (даваемое после рождения) — различные титулы знатности (до занятия престола) — эра правления (во время нахождения на престоле) — храмовое имя (после кончины). Если во время правления случались какие-то события, которые придворные гадатели признавали зловещими лично для императора (комета, многолетний неурожай, болезнь самого императора и т.п.), то эру правления (имя императора) меняли, пытаясь «обмануть» Небо: якобы к власти пришел другой человек. Называя императоров Зя-лонгом, Минь-мангом или Тхиеу-чи, французы ни в коем случае не ошибались: именно так называли своих монархов в беседах с иностранцами их вьетнамские подданные. Выявить это не просто, поскольку легитимный император в стране был чаще всего один, и в хрониках его называли «по должности» или храмовым именем. Но были и исключения. Некоторые из императоров так и не получили храмового имени (например, последний император династии Поздние Чан — Чан Чунг-куанг). Другие какое-то время правили параллельно, и хронисты не брали на себя ответственность определить, кто из них был более легитимен, называя их по эре правления (Ле Хонг-тхуан и Ле Куанг-тхиеу в начале XVI в.). Встречается такое явление и в данном переводе для периода правления династии Ранние Ли (541–602). Переводчик не мог с этим не считаться, но продолжал твердо придерживаться своей линии, породив таких монстров как «Чиеу Славная реставрация» (с.643) (Чиеу Куанг-фук), «Ли Небесное богатство» (с.655) (Ли Тхиен-бао) и «Ли Сын Будды» (с.663) (Ли Фат-ты). Неоднократные заявления автора о том, что эра правления — это своеобразная «программа действий императора» ничем не подтверждены.


Еще более определенно можно сказать о посмертных храмовых именах монархов. Вопреки мнению автора перевода (с.917, примеч.17), они никак не связаны с оценкой их правления и не могут быть удовлетворительно переведены. В подтверждение этому приведем имена первых монархов трех вьетнамских династий — Поздние Ли, Чан и Поздние Ле: Ли Тхай-то, Ли Тхай-тонг, Ли Тхань-тонг, Ли Нян-тонг; Чан Тхай-то (официально не правивший), Чан Тхай-тонг, Чан Тхань-тонг, Чан Нян-тонг; Ле Тхай-то, Ле Тхай-тонг, Ле Нян-тонг, Ле Тхань-тонг). Совершенно очевидно, что здесь мы имеем дело с четкой системой, которая никак не отражает конкретную деятельность императора. По мнению ряда вьетнамских авторов храмовые имена императоров являются отражением степени их родства с родоначальником (Тхай-то).


Что касается попытки перевода названий должностей и учреждений, то, по моему мнению, она может быть продуктивной, но только в том случае, если перевод будет тесно увязан с конкретными функциями и местом в иерархии. Механическая передача на русский язык отдельных иероглифов термина только вводит в заблуждение. Например, дайдодок (c.530–531) — это должность высшего военного чиновника. В современном вьетнамском языке этим словом передают воинские звания «фельдмаршал» или «адмирал». Переводить его, как «главный столичный инспектор», значит превращать военную должность в гражданскую. Куанглок тыкхань — это чиновник пятого ранга первого класса (тыкхань), возглавляющий один из шести придворных приказов-ты — Пиршественный приказ (Куанглок ты), т. е. учреждение, занимающееся организацией пиров. Переводить эту должность как «придворный служитель Света и Счастья» все равно, что переводить слово «котлета» как «летний кот». Аналогичная должность в приказе-ты Придворного этикета (Хонгло) переведена как «придворный служитель Огромно-бесконечного» со сноской «можно перевести, как Красное множество» (с.203).


Фактический отказ от использования исследовательской литературы по затрагиваемым темам сказался и на качестве комментариев. Многие из них являются домыслами и базируются на недостаточном знании языка или истории создания летописного свода. Например, в примечании 71 к Первой книге (с.925) переводчик недоумевает, почему Жэнь Ао назвал Чжао То «гуном» (князем), и высказывает предположение, что это является измышлением вьетских историографов с целью косвенно возвеличить Чжао То. Между тем диалог между Жэнь Ао и Чжао То дословно переписан из китайских источников [Полное собрание... 2002, с.204 (примеч. 99)], а иероглиф гун в китайском языке означает не только «князь», но и местоимение второго лица, чаще всего используемое для именования высокопоставленных особ (не взирая на их реальные титулы) или лиц, старших по возрасту. То же самое можно сказать и о встрече между Чиеу Да и Лу Цзя (с.926, примеч. 84): в части диалога здесь все дословно переписано из китайских источников [Полное собрание... 2002, с.208 (примеч. 14)], и делать какие-то заключения на его основании о том, как этого деятеля воспринимали вьетские историографы, нелепо, так как ничего своего они не написали.


Некоторые из многочисленных ошибок в переводе наводят на мысль о том, что он все-таки был сделан с современного вьетнамского языка, а не с китайского. Так, термин конгтао (с.529, 539) переведен как «отвественный за общественные работы». Действительно, выражение конгтао использовали для обобщающего обозначения департаментов общественных работ, существовавших под разными конкретными названиями в разные эпохи, но только в том случае, если первая его часть передавалась иероглифом (). Здесь же первым стоит омонимичный иероглиф (), и данный термин указывает на другое ведомство — по набору и поощрению чиновников. Не заметить это различие, переводя текст с китайского, невозможно. Особенностью текста КМ является использование линий вдоль иероглифов, представляющих собой географические названия, титулы или устойчивые термины, а также точек между иероглифами, если они составляют единое имя собственное. Поэтому, просто посмотрев на текст подлинника, никогда не назовешь человека по имени Тхы Конг — «князем Последующим» (сс.338–339, 928, примеч. 106). Именно по этой причине вьетнамские переводчики КМ написали «прежний губернатор Дянь Хань» как это и было сказано в тексте, а не «прежний губернатор на полях в засуху...», как в рецензируемом переводе (с.944, примеч. 84).


И, наконец, о «качественном изменении ... научного аппарата» (с.1). Хронологическая таблица вьетских государств, династий, императоров и девизов правления (X–XX вв.) (Приложение № 2, с.961–974) безнадежно устарела. Еще в середине 1990-х годов вьетнамский исследователь Ле Тхань Лан, исследуя данные эпиграфики, списки лауреатов дворцовых конкурсов во Вьетнаме, а также некоторые археологические находки, убедительно доказал, что датировка эр правления императоров династии Мак (1527–1592), которая приведена в ТТ и была взята оттуда авторами КМ, содержит серьезные искажения. Этому вопросу он посвятил целый ряд статей (библиография работ этого автора по данному вопросу содержится в [Ле Тхань Лан, 1998]) и пока еще никто из вьетнамских или иностранных исследователей не попытался их опровергнуть. Но автор хронологических таблиц эти общеизвестные исследования даже не упомянул.


Времена изменились, и уже никакой без меры требовательный ответственный редактор не может помешать выходу в свет научной работы, если автор очень этого захочет и найдет собственные деньги или, как в данном случае, деньги спонсора. При этом не возбраняется посвятить свой труд Всемирному конгрессу востоковедов или очередной сессии Генеральной ассамблеи ООН. И, наверное, это хорошо, поскольку данная книга весьма полезна хотя бы потому, что делает общедоступным иероглифический текст части важнейшего исторического источника, который давно уже стал библиографической редкостью не только в нашей стране, но и в самом Вьетнаме. Жаль только, что появление этого труда, судя по выходным данным, можно непосредственно связать с деятельностью столь уважаемой и авторитетной организации, как Институт востоковедения РАН.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ


Классическая проза Дальнего Востока. М.:Художественная литература, 1975. (Библиотека всемирной литературы. Сер. 1. Т.18), сс.371–500.


Краткая история Вьета (Вьет шы лыок). Пер. с вэньяня А.Б. Полякова. М.: Наука, 1980. (Памятники письменности Востока, LIX).


Леонов К.Ю. О факте существования древнейшей вьетской летописи на основании китайских династийных хроник и средневековых вьетских летописей. // История и культура Восточной и Юго-Восточной Азии. Часть 2. М.: Наука, 1986, сс.265–271.


Леонов К.Ю. Ранние разделы «Тоан тхы». Рождение вьетнамского летописания. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. М., 1991.


Леонов К.Ю. «Цзычжи тунцзянь» как один из источников формирования традиции вьетнамского летописания. // Традиционный Вьетнам. Вып. 1. М.: Вьетнамоведческий центр, 1993, c. 59–70.


Никитин А.В. «Дай Вьет шы лыок» в книжных собраниях и книжных сериях Китая (хранение, копирование, редактирование и издания). // Традиционный Вьетнам. Вып. 1. М.: Вьетнамоведческий центр, 1993, с.28–58.


Мифы и предания Вьетнама. Предисл., пер. и коммент. Е.Ю. Кнорозовой. СПб., 2000.


Полное собрание исторических записок Дайвьета (Дайвьет шы ки тоан тхы). Пер. с ханвьета К.Ю.Леонова и А.В.Никитина. Т.1. М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2002 (Памятники письменности Востока, CXXX, 1).


Ульянов М.Ю. Китайское восприятие Дайвьета в конце XII — начале XIII в. // Традиционный Вьетнам. Вып. 2. М.: Вьетнамоведческий центр, 1996, с.50–82.


Вьетнамское написание будет исправлено


Chi §Þnh. C©u chuyÖn ph¸ nghi, thuéc lÞch sö n­íc nhµ. Nam phong (Тьи Динь. Рассказы, вызывающие сомнения, в истории нашей страны. Южный ветер). QuyÓn XXXIII, N 188, 1933, c.258–260.


§¹i ViÖt sö ký tiÒn biªn (Предварительные записи к историческим запискам Дайвьета). Hµ-néi, 1997.


§¹i ViÖt sö ký toµn th­ (Полное собрание исторических записок Дайвьета). T. 1–4. Hµ-néi, 1993.


§Æng §øc ThÞ. Lª V¨n H÷u nhµ sö häc ®Çu tien n­íc ta (Данг Дык Тхи. Ле Ван Хыу — первый историк нашей страны). HåchÝminh, 1994.


§Æng Xu©n ViÖn. TriÖu §µ. Nam phong (Данг Суан Виен. Чиеу Да. Южный ветер). QuyÓn XXVIII, N 160, 1931, c.214—221.


§inh Xu©n VÞnh. Sæ tay ®Þa danh ViÖt Nam (Динь Суан Винь. Справочник географических названий Вьетнама). Hµ-néi, 1996.


Huúnh Kh¾c Dung. Th©n thÓ vµ sù nghiÖp cña Phan Thanh Gi¶n (1796—1867). V¨n hãa t¹p s¶n (Хуинь Кхак Зунг. Личность и деятельность Фан Тхань Зяна (1796–1867). Собрание произведений о культуре), N 4, 1972, c.3—24.


Lª Quý §«n. §¹i ViÖt th«ng sö. Toµn tËp (Ле Куи Дон. Сводная история Дайвьета. Полное собрание сочинений). T.3. Hµ-néi, 1978.


Lª Thµnh L©n. Mét vµi ghi chó vÒ nhiªn ®¹i nhµ M¹c cho bé §VSKTT. Ng« SÜ Liªn vµ §VSKTT (Ле Тхань Лан. Некоторые замечания относительно датировок эпохи династии Мак в «Полном собрании исторических записок Дайвьета». Нго Ши Лиен и «Полное собрание исторических записок Дайвьета»). Hµ-néi, 1998, c.230–249.


Ng« Thêi SÜ. ViÖt sö tiªu ¸n (Нго Тхой Ши. История Вьета, пометки и комментарии). Sµi-gßn, 1960.


NguyÔn Duy Hinh. Lª V¨n H÷u víi §¹i ViÖt sö ký toµn th­. Nghiªn cøu lÞch sö (Нгуен Зуи Хинь. Ле Ван Хыу и «Полное собрание исторических записок Дайвьета» Изучение истории), N 217, 1984, cc.67—74, 93.


TrÇn V¨n Gi¸p. Mét vµi ý kiÕn vÒ An D­¬ng ngäc gi¶n vµ vÊn ®Ò Thôc An D­¬ng v­¬ng. V¨n sö ®Þa (Чан Ван Зяп. К вопросу о нефритовом жизнеописании Анзыонга и проблеме Анзыонг-выонга [из рода] Тхук. Литература, история, география). N 28, 1957, cc. 1—75.



 
Файлов нет. [Показать файлы/форму]
Комментариев нет. [Показать комментарии/форму]